Пронзительный текст о безграничной заботе Нет ничего особенного в том, чтобы изо дня в день заботиться о своих близких: готовить и стирать, гладить и мыть, вытирать слезы и утешать, смягчать и примирять, укачивать и обнимать. Нет ничего более естественного. И ничего более самоотверженного. И более понятного всем женщинам мира — нашим бабушкам, мамам и нам самим. Писательница Зоя Арефьева сумела точно передать словами внутреннее чувство, которое ведет нас всех и в светлые, и в темные времена, иногда заставляя забывать о себе, но никогда — о тех, кого мы любим.

AdMe.ru публикует необыкновенный текст Зои о женской силе, которая каждый день незаметно спасает мир. Берегите себя.

Она умела читать.

По уголку его брови, что он устал и хочет кофе. Что лучше ничего не спрашивать, не прикасаться даже взглядом, даже тенью, выйти из комнаты.

Пусть посидит в тишине, потом придет и сам все расскажет.

Она умела читать.

Между строк писем матери, что опять ноют руки, что достали дожди.

Что утром сидит, лохматая и маленькая, на кровати и молится о здоровье внуков.

Что вечером испечет пирог и отнесет соседке, у которой совсем никого.

Это нехорошо, когда совсем один, так не надо. Поэтому больше сладких яблок и корицы.

У каждого человека должен быть теплый кусок пирога. В этом смысл.

Она умела читать.

По макушке дочки, что на Новый год хочет робота. Что сломался любимый карандаш, что у Таньки новые красные кеды и срочно надо такие же, потому что дружить — это весело, когда тебе всего лишь шесть. Когда из огорчений лишь изюм в компоте.

Она умела читать.

По снам, по шву на рубашке, по картам, по обрывку мелодии в такси, по кофейной гуще, по вставшим дыбом волоскам на руках, по облакам, по реснице на щеке.

Она знала все языки и все знаки. Каждую закорючку.

Она листала этот мир, как огромную книгу, и некоторые страницы мечтала вырвать, выпустить пеплом на волю.

Она водила рукой по живой бумаге, чувствуя то холод, то жар. Главное, не забыть прикрыть ладонью сердце, чтобы сильно не трепыхалось от страха и любви. Иначе оно вырвется из ребер, как птица из клетки, и вылетит в окно. Сердце всегда просится в небо.

Там где-то, говорят, живет Бог.

Он старенький и живет на тучке.

И строит скворечники для душ.

Для твоей — самый красивый. И даже с джакузи.

Ты же любишь, когда пузырьки.

Как бы он там не простыл на тучке, ведь осень...