Подать объявление
topkvadrat.ru / Стройки / История одного долгостроя, рассказанная его дольщиками

История одного долгостроя, рассказанная его дольщиками

Автор: Интервью записал Михаил Найдён

21:33 / 15 октября 2012

Обновлено:

03:35 / 13 февраля 2013

Статья «Парк юрского периода» из номера «Квадратъ»

№16 от 15 октября 2012

Напечатать Послать по e-mail Комментировать

Новострой и долгострой – символы «лужковской эпохи». В общем, проблемы нынешних дольщиков начались не вчера. Так, закончить строительство жилого комплекса «Северный парк», что на Ленин­градском шоссе, обещали ещё в первом квартале 2007 года, однако надежда заселиться в свои квартиры появилась у покупателей только осенью 2012-го. Дольщики ТСЖ «Северный парк» рассказали нам, как инвесторы и застройщики скандально известного проекта семь лет водили их за нос.

Полквартиры по «леваку»

Жилой комплекс «Северный парк» выглядит очень пафосно и стоит отнюдь не на окраине. Однако это не спасло его дольщиков от множества проблем.

Ирина Ланина: Я покупала квартиру «на фундаменте» в конце июня 2005 года через агентство «Авеню-Риэлти», аффилированное с инвестором проекта – ООО «ЭТО-С». Платила примерно 1850 долл.  за кв. м, хотя официально квартира стоила в два раза меньше. Я вынуждена была заключить два договора. По договору соинвестирования  вносила компании-инвестору 1000 долл. за метр. Остальные деньги перечисляла некоей компании «Единство», передача денег оформлялась договором страхования строительства. Лицензию у этой страховой компании отозвали через два дня после того, как я внесла деньги.

В договоре соинвестирования было прописано, что стороны обязуются не разглашать его условий. А как бы я могла получить налоговый вычет, не разглашая условий? Менеджеры, растерявшись, стали убеждать меня, что имеется в виду только «неразглашение схемы взаимодействия со страховой компанией».

Многие из нас понимали, что половину денег отдаём «в левак». Но считали, что по-другому в нашей стране квартиру не купишь. К тому же пребывали в эйфории: полтора года – и ты владелец собственного жилья! Таким образом «на котловане» было продано около 60% квартир.

Вячеслав Силаев: Я покупал квартиру в декабре 2005 года, когда каркас дома уже стоял. Тогда схема стала такой: застройщик создал закрытый паевый инвестиционный фонд (ЗПИФ) «Северный парк» и продал ещё не раскупленные площади этому фонду примерно по 1000 долл. за «квадрат». После этого договоры купли-продажи заключал уже этот фонд и совсем по другим ценам: я заплатил примерно 5500 долл. за кв. м. Изначально ЗПИФ управлялся компанией «Старый город», за которой стояла группа компаний МИАН. Как только квартиры распродали, из фонда вывели все деньги, и он перешёл в управление ООО «Премиум Финанс». В активе фонда к этому времени оставались только обязательства застройщика передать в будущем, кажется, 200 квартир. При таком раскладе дольщики, покупавшие квартиры через фонд, уже не могли разорвать свои договоры, так как деньги им бы всё равно не вернули.

Страховая компания-однодневка фигурировала и в моём случае. Мелким шрифтом в договоре было написано, что реальные страховые выплаты возможны только в том случае, если стройке помешают стихийные бедствия. Но я читал договор страхования невнимательно: ведь дом вот-вот сдадут! Представители застройщика заверяли: сейчас начнутся массовые поставки фасадных плит, потом набегут рабочие, человек 800, все три дома быстренько достроят и отделают внутри. Я опомнился, только когда строительство практически остановилось. По закону признать договор недействительным было уже невозможно, так как с момента его заключения прошло больше года.

Список обязательств по внутренней отделке квартиры мне выдали на обычных бумажках, без подписи и печати, и я тогда не придал этому значения.

Искусство обмана

Ирина Ланина: В 2005-м нам всем врали. Говорили, что доля правительства Москвы в проекте – 50%, хотя на тот момент она составляла всего 5%. На деле основными инвесторами проекта выступали структуры, подконтрольные предпринимателю Николаю Тиховскому, экс-чиновнику мос­ковского стройкомплекса Сергею Гляделкину (давнему соратнику Владимира Ресина, зама Юрия Лужкова по строительству) и родственнику Гляделкина Игорю Ткачу. Нас уверяли, что будет строить батуринское ЗАО «Интеко», хотя «Интеко» из проекта уже вышло.

Вячеслав Силаев: Нам обещали, что инвестор продаст жителям дома машиноместа по 25 тыс. долл. Но ООО «ЭТО-С» продало все машиноместа ЗПИФу, который предлагал их жильцам уже в два раза дороже. Формально стоимость машиноместа оставалась прежней, однако я должен был заключить с фондом дополнительное соглашение, по которому цена моей квартиры увеличивалась на 25 тыс. долл.

Ирина Ланина: С начала 2007 года на стройке обосновалось некое ЗАО «Стройбизнесинвест». Его менеджеры сидели в шоу-руме и активно предлагали дольщикам услуги по ремонту и отделке будущих квартир, собирали с них деньги. В 2009 году эту контору просто «обнулили», все средства исчезли. Мы пошли жаловаться к Ресину. Знаете, что он сказал? «Застройщик не может отвечать за всех аферистов, которые работали на стройке!». При этом «аферистами» – компанией «Стройбизнесинвест» – руководила родная сестра одного из инвесторов строительства Тиховского. Лично я потеряла на этой конторе всего 14 тыс. руб., которые заплатила «за монтаж слаботочной сети» в моей квартире. Некоторые потеряли по 800 тысяч. Деньги никому не вернули.

Первый год долгостроя: в день по плите

Ирина Ланина: Нам обещали, что дом будут строить по канадским технологиям: фасадные плиты, отопление с помощью фанкойлов. В Канаде закупили оборудование для завода по производству фасадных плит, купили землю под строительство завода в Щёлковском районе Подмосковья. Однако выяснилось, что строить завод там нельзя, поскольку рядом проходит газопровод. Эту проблему решали примерно год. Работы на стройке в это время практически не велись.

Вячеслав Силаев: Остановку стройки нам объяснили «задержками с поставкой фасадных плит», про завод я тогда ничего не слышал. Привози­ли одну плиту в день, и три человека занимались её установкой. Как только закончились продажи квартир, даже эти работы прекратились. Установку фасадных плит на всех корпусах с грехом пополам закончили только к середине 2008 года.

Год третий: окна без сертификата

Вячеслав Силаев: Окна на стройку поставлялись с завода, возведённого инвесторами строительства. Это были маленькие окна отвратительного качества. По современным нормам, на высоте больше 75 метров (20-й этаж и выше) окна должны выдерживать вет­ровые нагрузки. Им требуется сертификация, которую наши окна, разумеется, не прошли. Встал вопрос: что делать дальше? Если на нижних этажах оставить эти, а на верхних ставить другие, то будет нарушен вид фасада… В общем, чаша терпения дольщиков переполнилась, и в конце 2008 года мы перешли к открытому протестному движению. После одного из митингов началась эпопея с заменой окон. Причём представители застройщика не постеснялись обвинить жителей в том, что они сами задерживают строительство.

Ой, не те фанкойлы!

Ирина Ланина: Привезённые из Канады фанкойлы для отопления квартир простояли на ветру и морозе два года, а потом выяснилось, что это оборудование предназначено для промышленности, а не для жилого фонда. Пришлось менять проект: строители начали пробивать дыры в перекрытиях и тянуть обычные батареи отоп­ления. В результате в моей квартире батарея оказалась не в комнате, а на лоджии.

Вячеслав Силаев: При очередной переделке проекта стояки вентиляции засунули куда придётся. В результате прямо в центре моей кухни появились два столба. Недолго думая, проектировщики нарисовали в этом месте новую стену, уменьшив кухню до четырёх квадратных метров. Когда мне показали план, я был в шоке. Злополучные стояки всё-таки перенесли, но только после скандалов и угрозы обратиться в суд.

А стены уже сгнили

Вячеслав Силаев: Недавно прошло собрание жильцов нашего дома. Приходил представитель Мосгосстройнадзора, объяснял, почему не могут принять дом. Оказалось, что установленные в квартирах входные двери из оргалита слишком тонкие и не выдержат 90 минут пожара.

Ирина Ланина: Почему-то внутренние стены в доме сделали раньше, чем установили фасадные плиты. Наружные плиты устанавливали два года, за это время внутренние стены пришли в полную негодность: железная арматура проржавела, а гипсокартон пошёл волнами. После проверки госкомиссией стены просто демонтировали вместе со всей электропроводкой. Теперь представители застройщика заявляют владельцам квартир: мы больше не будем делать вам стены, зато и денег за лишние квадратные метры после обмеров БТИ просить не будем. А, например,  в моей квартире обмер никакого лишнего мет­ража не выявил. В общем, если «ЭТО-С» не выполнит своих обязательств, обращусь в суд.  

Вячеслав Силаев: Если Ирина ещё может потребовать в суде, чтобы застройщик построил ей разрушенные стены, то у меня в договоре вообще отсутствуют обязательства застройщика по внутренней отделке. Постройку внутренних стен в моей квартире мне пришлось оплатить самому.

Напечатать Послать по e-mail Комментировать
Система Orphus

Комментарии

Оставить комментарий

Наши эксперты

Руководитель дизайн-студии «Уютная квартира».
Задать вопрос
Заместитель председателя правления, член совета директоров Банка расчётов и сбережений. Эксперт по кредитованию и вкладам.
Задать вопрос
Адвокат в сфере недвижимости
Задать вопрос
Все эксперты


Как объяснить иностранцу, что «пожарная служба» и «противопожарная служба» в России выполняют одни и те же функции?
Еще анекдотов